Главная страница
Навигация по странице:

  • 1.3. Ирония как стилистический прием

  • 1.4. Ирония как объект изучения лингвистики. Типы иронии: ситуативная и ассоциативная

  • 1.5. Средства выражения иронии

  • наумова -- теор часть 2. I. ирония в структуре художественного текста 1 Из истории понятия иронии


    Скачать 83.5 Kb.
    НазваниеI. ирония в структуре художественного текста 1 Из истории понятия иронии
    Анкорнаумова -- теор часть 2.doc
    Дата29.11.2017
    Размер83.5 Kb.
    Формат файлаdoc
    Имя файланаумова -- теор часть 2.doc
    ТипГлава
    #6728

    ГЛАВА I. ИРОНИЯ В СТРУКТУРЕ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА

    1.1 Из истории понятия иронии

    Чтобы вписать новейшие взгляды в общую историю изучения понятия "ирония", нам необходимо охарактеризовать основные предшествовавшие этапы. Краткое введение в историю проблемы поможет перейти к современному пониманию ее сути.

    Ирония родилась из особого стилистического приема, известного уже античным авторам. Древние греки называли так словесное притворство, когда человек хочет казаться глупее, чем он есть на самом деле. Мастер иронии - ироник - умел отстаивать истину "от обратного". В диалоге "Пир" Платон описывает, как Сократ притворялся единомышленником своего оппонента и, поддакивая ему, развил его взгляды до абсурда.

    После Аристотеля, с 5 в. до н.э. ирония трактовалась в поэтике как риторический прием, называющий вещи обратными именами. На последовательном его применении строились сатиры Лукиана, "Похвала глупости" Эразма Роттердамского, произведения Свифта.

    В эстетике классицизма иронию понимали как атрибут комического, один из приемов смеховой критики в сатире. Принадлежность иронии к низкому стилю была строго зафиксирована, но при этом существовало выражение "ирония судьбы", означавшее роковое несхождение предположений человека с тем, что предрекли ему боги. "Ирония судьбы" соответствовала не комической, а трагедийной коллизии.

    В конце ХVIII - начале ХIХ вв. взгляды на иронию в корне пересмотрены романтизмом. В своей эстетике романтики возвели ее на уровень философской жизненной позиции, отождествили с рефлексией вообще. Они особенно подчеркнули то, что ирония способна порождать не только комический, но и трагический эффект. Высшей ценностью романтического сознания была свобода от несовершенства действительности. Этот принцип требовал "универсального иронизирования" - установки на то, чтобы художник подвергал сомнению не только реальные предметы и явления, но и свои собственные суждения о них. Стремление свободно переходить через границы установленных правил и мнений, не будучи связанным никакой окончательной истиной, было закреплено романтиками в категориальном понятии "игра". [1.c. 272-287]

    Творчество и жизненная позиция писателя оказывались своего ряда высокой иронической игрой, как и все "игры мироздания": "Все священные игры искусства суть не что иное, как отдельное воспроизведение бесконечной игры мироздания, этого произведения искусства, находящегося в вечном становлении”.[2.c 30]

    Теоретики послеромантического искусства устремили свои поиски к тому, чтобы универсализация иронии не препятствовала пониманию внутренней сути изображаемого, не делала предмет изображения беспомощной игрушкой в руках художника, не превращала ироническую игру в самоцель. [3.c 135-136]

    Взамен романтической субъективистской теории 20в. дал ряд концепций объективной иронии.

    Объективная ирония построена на основании расхождения смысла объективно наличествующего и смысла ожидаемого. Противоречие, лежащее в основе объективной иронии , связано с тем, что интеллектуально- культурное развитие человечества провоцирует оформление в его самосознании иллюзий собственной свободы и возможности социального целеполагания.

    На протяжении последних ста лет ирония была предметом исследовательского интереса психологов, лингвистов, логиков, а также представителей таких новых отраслей гуманитарного знания, как семиотика и теория коммуникации. Инструментарий этих наук помог раскрыть многие секреты. Психологи, например, попытались определить степень присутствия сознательного и бессознательного в специфической смеховой реакции на ироническое высказывание. Логики установили связь иронии с остроумием, показали, что ироническое высказывание соотносится одновременно с несколькими взаимоисключающими толкованиями: как логичность, так и алогичность при этом работают на создание смысла.

    С появлением семиотики было подробно изучено, как "кодируется" и "расшифровывается" иронизирование в тексте. Теория коммуникации установила диалогическую природу иронии и проанализировала отношения между автором, адресатом и предметом иронического высказывания. Исходной позицией большинства современных исследований является постулат о том, что в самой сути иронического общения заложена необходимость активного интеллектуального контакта его участников. Итоги более чем полувековой полемики привели к убеждению, что для объяснения сути иронии важнее всего обратить внимание на ее знаковую природу и парадоксальность.

    Также следует отметить, что функция иронии неизменна - соединять несоединимое, делать образ перекрестьем двух и более знаковых систем.

    Определения иронии разнообразны: ее называют и стилистическим приемом, служащим для усиления и украшения речи, и тончайшим механизмом (способом) мысли, и эстетической установкой (эстетической составляющей мышления).

    Ирония - один из видов иносказания, соединяющий, казалось бы, несовместимое: серьезное и насмешливое, презрительное и истинное, справедливое.

    Значение, открываемое посредством иронии, определяется с помощью контекста, который либо предшествует, либо сопровождает означающие единицы и является эксплицитным или имплицитным. Так как ироническое выражение содержит два противоположных значения, одно из которых производится на более высоком уровне означивания, оно может быть признано метасемиотическим. Когнитивная природа иронии давно привлекала внимание ученых.

    С лингвистической точки зрения, ирония раскрывается в аспекте модальности и представляет собой разновидность субъективной модальности, которая несет в себе выражение критической оценки автора. Сложность и особенность высказываний с иронической модальностью заключается в том, что в них одновременно содержатся две полярные оценки: одна - эксплицитная, другая имплицитная. Особый ракурс изучения иронии открывается в связи с ее функционированием в различных видах дискурса.

    Как мы видим, ирония трактуется как лингвостилистическое понятие, суть иронии состоит в нарушении постулата истинности. В дефинициях отмечается противоположность смысла иронии ее буквальному значению, указывается на свойство иронии выражать насмешку под видом одобрения или похвалы.

    В современных лингвистических исследованиях распространённым является выделение двух типов иронии — иронии как стилистического приёма и иронии как категории текста. В работах лингвистов они именуются по-разному, например, явная и скрытая ирония (D.C. Мюкке, 1982), ситуативная и ассоциативная (С.И.Походня[4.c 48]), контекстуальная и текстообразующая (Ю.В. Каменская [5.c 63]) и др.

    Ю.Б Борев дает следующее определение иронии: «Ирония – один из оттенков комедийного смеха, одна из форм особой эмоциональной критики, при которой за положительной оценкой скрыта острая насмешка. Ирония притворно хвалит те свойства, которые по существу отрицает, поэтому она имеет двойной смысл: прямой, буквальный, и скрытный, обратный» [6.c 98].

    Таким образом, под иронией в общем значении понимается насмешка, обман, притворство или поругание. В отличие от простого обмана ирония предстает видением как бы в двойной экспозиции, когда утверждение и снимающее его отрицание выражаются явно. Как притворство ирония двусмысленна, она является поруганием под видом похвалы и хулой под видом лести: blame-by-praise и praise-by-blame. Сущность иронии эстетическая – это такой способ выражения противоположного, где логический парадокс сочетается с эмоционально-ценностным отношением. Эстетический диапазон иронии достаточно широк, он складывается из отношения к объекту и самочувствия субъекта. Субъективно ирония тяготеет к комическому или трагическому и может быть шутливой или печальной, фарсово-водевильной или горестно-абсурдной. Будучи пристрастным отношением к миру, ирония меняется от апатии до агрессивности и бунта, меняя тональность от веселой, добродушной шутки до сатиры или сарказма [7.c 214].

    Традиционно в риторике ирония понимается как троп, в котором преднамеренно утверждается противоположное тому, что думают о лице или предмете, где истинный смысл скрыт или противоречит смыслу явному. Иными словами, ирония – это когда человек говорит не то, что он имеет в виду, при этом намеревается быть понятым собеседниками. С точки зрения лингвистики наиболее оптимальным способом передачи информации являются ситуации «прямой» коммуникации: когда говорящий не скрывает своего намерения и значение высказывания тождественно значению, которое придает этому высказыванию говорящий. Таковыми является большая часть речевых актов. Однако наряду с ними существуют и ситуации «непрямой» коммуникации, в которых описанное выше тождество намеренно не соблюдается. К ним относится и ирония.

     1.2. Ирония как способ представления действительности

    В сфере художественной культуры ирония выполняет собственно художественные функции. Одной из существенных особенностей иронии, используемой в художественной литературе, является ее проникновение в художественный метод, где она имеет важные рядообразующие функции. Одним из первых эту особенность обнаружил Пивовев В.М [8.с 97]

    В художественном творчестве происходит объективация субъективных замыслов, чувств и настроений художника, сопровождающаяся своеобразным психологическим очуждением, чувством дистанции автора по отношению к завершенному произведению, как это было типично для романтиков. Объективированный замысел начинает самостоятельную, независимую от автора жизнь, обусловленную логикой характера героя, жизненной правдой. Известно свидетельство А. С. Пушкина о «неожиданном» для него поступке Татьяны. В отношении художника к герою смешиваются чувства восхищения своим детищем и ирония. С.А Стойков замечает, что «герой оторвался от автора, из выразителя его чувств он превратился в предмет его осмеяния, он стал явлением объективной действительности, которое нужно изучить и описать, чтобы преодолеть». [10.с 34]

    В. Маяковскому с его острым чувством фальши, отвращением к наигранности, ложному пафосу, ирония была нужна, чтобы «прокалить все существующее в огне, обжечь его со всех сторон, чтобы сгорело все ложное, весь шлак и мусор, вся фальшивая декоративность предметов», поэтому ирония у него «не убивает... внутреннего плюса, но как бы дезинфицирует образ, освобождает его от сентиментальной корки». [11.с 22]

    Великолепная ирония часто заключается в эпиграфах. Известный историк-медиевист М. И. Стеблин-Каменский употребил в книге о «Мифе» следующую цитату из А. П. Чехова: «Из записок старой собаки: «Люди не едят помоев и костей, которые выбрасывают кухарки. Глупцы!» [12.с 217]

    Большую роль играет ирония в художественной критике. Активно использовали иронию русские критики, стремившиеся воспитывать художественные вкусы публики в свете тех систем ценностей, которых они придерживались

    1.3. Ирония как стилистический прием

    Ирония — это стилистический прием, посредством которого в каком-либо слове появляется взаимодействие двух типов лексических значений: предметно-логического и контекстуального, основанного на отношении противоположности (противоречивости). Для стилистической иронии иногда необходим широкий контекст. Термин «ирония», как стилистический приём, не следует смешивать с общеупотребительным словом «ирония», обозначающим насмешливое выражение. [13.с 98]

    Ирония иногда используется в целях создания более тонких, едва уловимых оттенков модальности, т. е. выявления отношения автора к фактам действительности. В этом случае ирония не столь прямолинейно реализует отношение контекстуального значения слова к предметно-логическому. Формы иронии:

    1. Прямая ирония — способ принизить, придать отрицательный или смешной характер описываемому явлению.

    2. Сократова ирония — форма самоиронии, построенная таким образом, что объект, к которому она обращена, как бы самостоятельно приходит к закономерным логическим выводам и находит скрытый смысл иронического высказывания, следуя посылкам «не знающего истины» субъекта.

    3. Ироническое мировоззрение — состояние души, позволяющее не принимать на веру расхожие утверждения и стереотипы, и не относиться слишком серьёзно к различным общепризнанным ценностям.[13.c 56] Также прекрасное толкование иронии как стилистического приема и иронии как идейно-эмоциональной оценки мы находим в лингвистическом словаре. Соответствующая словарная статья гласит: "1) ирония стилистического средства, выражающее насмешку или лукавства. Иносказание, при котором в контексте речи высказывание приобретает противоположный смысл; 2) ирония - вид комического (наряда с юмором и сатирой), идейно эмоциональная оценка, прообразом которой служит ирония стилистическая [14.c ]. Первое словарное толкование описывает стилистический прием, именуемый в других источниках антифразисом [15.c 258], антономасией [16.c 260]. Подобная трактовка имеет традицию, у истоков которой теоретические рассуждения античных авторов о "мнимой похвале" и "мнимом уничижении", об "обмане простодушных глупцов.Надо сказать, что обширная практика иронического в литературе не сводится к случаем простого "говорения наизнанку".

    Примеры чистого антифразиса в ней довольно редки. Антифразис давно стал средством речевого комизма, тривиальных шуток типа "На такую красавицу вряд ли кто польстится", "Кусочек с коровий носочек", "Ваш рысак еле ноги передвигает".Второе словарное толкование в ЛЭС характеризует иронию как разновидность комического. Исчерпывающим его назвать нельзя, но оно хорошо тем, что пытается соединить антифразис с позднейшими разновидностями иронического. Выход к единому определению сути разных явлений, связанных с иронией, не такая уж далекая перспектива современной эстетики. В данном пособии мы будем придерживаться идеи о сущностном родстве этих феноменов.

    1.4. Ирония как объект изучения лингвистики. Типы иронии: ситуативная и ассоциативная

    «Ирония есть явление вторичной номинации не только лексического, но и пропозитивного, а также дискурсивного типа. Она представляет собой контекстно обусловленное явление, причем во внимание следует принимать контексты всех объемов (от микроконтекстов до мегаконтекстов) и видов (как линейный, так и вертикальный), т.е. исследование иронии строится на принципах контекстной семантики, наиболее продуктивными методами являются категории лингвистики текста» [4.c 135]

    Известный ученый в области лингвистики С.И. Походня отмечает, что ирония реализуется за счет трех видов пресуппозиций: 1) текстовая пресуппозиция, (т.е. для правильной интерпретации иронии и адекватного ее декодирования необходимо знать текст, в котором она актуализируется. Ситуативная ирония требует знания определенного отрезка текста, в котором описывается конкретная ситуация, а ассоциативная - всего текста), 2) экстралингвистическая пресуппозиция (правильное понимание иронии требует знания экстралингвистических факторов (географических, этно-культурных, исторических или социально-политических реалий) и 3) интертекстуальная пресуппозиция, которая предполагает наличие фоновых знаний историко-филологического текстового характера (цитации, аллюзии, пародии).

    В лингвистике существует три основных подхода в феномену иронии -риторико-стилистический, структуральный и прагматический.

    Риторика традиционно берет за основу эмоциональную и поэтическую функции языка, охватывая репертуар средств, служащих для экономного и образного говорения. В рамках данного подхода ирония рассматривается как средство общей образности и способ изложения, служащий для косвенного выражения субъективного отношения. В рамках данного подхода выделяется два типа отношений между буквальным и имплицированным смыслом: 1) противоположность, реализующаяся как оппозиция, контраст, инконгруэнтность или парадокс, и 2) отрицание [17с. 65].

    Структуральный подход предполагает «необходимость изучения каждого языкового явления по выполняемой им функции в системе языка и его оценки с точки зрения всей телеологически существующей системы» [18 с.220]. В рамках данного подхода ирония изучается как явление вторичной номинации (С.И. Походня) и отдельная текстовая категория (Ж.Е. Фомичева). Крупный исследователь иронии С.И. Походня определяет ее как форму оценочного, критического, эмоционально окрашенного освоения действительности. С.И. Походня разделяет иронию на ситуативную и ассоциативную. Ситуативная ирония - понятие более простое, при ней контраст между контекстом и прямым значением единицы высказывания приводит к одномоментному порождению значения, противоположного буквальному. Ситуативная ирония опирается на текстовые пресуппозиции, в то время как системообразующими факторами ассоциативной иронии являются глобальные текстовые, экстралингвистические и интертекстуальные пресуппозиции. Ассоциативная ирония не позволяет сразу автоматически переменить значение высказывания на противоположное, а заставляет читателя обращаться к известным ему прецедентным феноменам, устанавливать интеллектуальные связи между изображаемым и реальностью, создает связи между независящими друг от друга текстами и т.д. Если ситуативный тип иронии можно упрощенно назвать антифразисом, то ассоциативная ирония - это комплекс интеллектуально-психологических построений, формирующихся у читателя на основе сочетания его фоновых знаний и идейно-эмоциональных критериев и языкового посыла автора. Значительно сложнее по способу и условиям реализации, а также весомее по месту в системе художественного произведения ассоциативная ирония. «Это скрытый, тонкий тип иронии; реализация переносных значений в этом случае происходит постепенно, новые значения возникают градуально. Градуальное приращение новых значений требует больших контекстов, поэтому ассоциативная ирония реализуется чаще всего в мегаконтексте (в рамках всего рассказа, повести ит. д.). При ассоциативной иронии организуются структурно сложные контексты с контактным и дистантным расположением значимых элементов. Используя средства разных языковых уровней (от лексического до текстового), действуя на протяжении развертывания всего текста, ассоциативная ирония служит действенным средством создания образов произведения, выражения авторской характеристики персонажей и его собственного мировоззрения.

    Ирония также определяют как «концептуальную категорию художественного текста, позволяющую автору имплицитно выразить его эмоционально оценочные позиции, отношение к изображаемой действительности» [19 с. 15]. Фомичева выделяет следующие признаки иронии, на основе которых мы определяли иронические примеры в ходе данного исследования: 1) наличие иронического смысла, 2) имплицитность, 3) эмоциональная окрашенность, 4) контрастность.

    Рассматривается специфика функционирования двух типов иронии – контекстуальной и текстообразующей. «Ирония в художественном тексте может существовать в виде двух разновидностей, реализуясь в качестве стилистического приема или проявляясь на текстовом уровне; оба типа иронии имеют свои средства реализации и выполняют в художественном тексте специфические функции»( Каменская ю.в). На наш взгляд, идеи автора рассматривать иронию как текстообразующую категорию, способную быть организующим элементом текста, перекликаются с теорией С. И. Походни о существовании ассоциативной иронии, служащей выражением авторского мировоззрения и средством создания целостной системы текста.

    Таким образом, стала очевидной необходимость разграничения двух понятий: иронии как средства техники, стилистического приема, и иронии как результата – иронического смысла, созданного рядом разноуровневых средств языка, взаимодействие которых обеспечивает содержательное единство текста. «Признание существования в тексте двух типов иронии делает возможным более глубокий уровень анализа текстового материала, так как по мере усложнения плана выражения смысловые оттенки становятся разнообразнее, а их понимание обеспечивается непременным наличием контекстов большого масштаба. Это скрытый тип иронии, для которого характерно градуальное приращение имплицитной информации. Ирония такого типа является частью идиостиля автора, компонентом его мировоззренческой позиции»[20.c 348]

    Итак, рассмотренные нами работы дают основание выделить два типа иронии – иронию стилистическую, троп, и иронию концептуальную. Все многочисленные свойства и признаки концептуальной иронии можно свести к нескольким, наиболее полно отражающим сущность этого явления: во-первых, будучи эстетической категорией, способом мышления, концептуальная ирония является авторской концепцией, идеей всего текста; во-вторых, влияет на способ организации целостной системы произведения, смысл каждой части которого служит выявлению смысла целого произведения; в-третьих, будучи художественным принципом писателя, концептуальная ирония действует на уровне сознания и языка, то есть затрагивает уровень и языковой, и экстралингвистический. Выделенные нами два типа иронии соотносятся с разными средствами их реализации – языковыми и экстралингвистическими. Если стилистическая ирония реализуется только языковыми средствами, то концептуальная как обобщающая, интегральная – преимущественно экстралингвистическими.

    И. Б. Шатуновский среди прочих многочисленных типов иронии выделяет авторскую метаиронию [21.c 604]. «В случае метаиронии высказывание-стимул и ироническое высказывание накладываются друг на друга, совмещаются в одном высказывании (или ряде высказываний). Повествование строится таким образом, что речь непосредственно говорящего героя художественного произведения не является иронической, он говорит то, что он говорит, не иронически, серьезно, с его точки зрения это истинно и нормально, однако высказывание (высказывания), вкладываемое автором в его уста, и ситуация, и контекст строятся автором таким образом, чтобы была ясна “неистинность”, аномальность в том или ином отношении этого высказывания (с точки зрения автора и присоединившихся к нему читателей). Столкновение этих разноуровневых противоположных оценок и является здесь источником иронического эффекта»[22.c 129]. Данный тип иронии соотносится с авторской концептуальной иронией, которая строится посредством подтекста. Это также подтверждает нашу мысль о том, что такая ирония является текстообразующим компонентом художественного произведения: «... в ряде случаев такой способ иронизирования становится конструктивной основой повествования: автором конструируется образ повествователя, которому непосредственно принадлежит текст произведения; за этим образом на более высоком уровне “просвечивает” образ автора, которому в конечном итоге принадлежит весь текст вместе с созданным им образом повествователя; высказывания повествователя (положительная ситуация, контекст) строятся таким образом, что то, что повествователь говорит серьезно (и для него это “истинно”), автор оценивает иронически (с точки зрения автора, это ложно); каждое такое высказывание становится одновременно стимулом для иронии (тем, что высмеивается) и одновременно самим ироническим высказыванием»[23.c 25]

    Прагматический подход позволяет рассматривать феномен иронии в контексте речевого акта, так как основой данного подхода является описание фактов языка в аспекте человеческой деятельности [24.с 554]. Как известно, лингвопрагматика основывается на «трех китах» - теории речевого акта, теории импликации и теории разговорных максим. Если теория речевого акта устанавливает внутреннюю структуру речевого взаимодействия, а теория разговорных максим определяет базовые принципы речевого поведения коммуникантов, то теория импликации устанавливает степень косвенности речевого акта, формулирует способы интерпретации скрытых смыслов речевых построений, к коим, безусловно, относится и ирония. Импликация (от англ. Implication (подразумевание)) - это передача определенных смысловых значений без использования специальных средств выражения, путем косвенной манифестации [25с. 33]. Прагматический подход рассматривает сочетание иллокутивной и семантической составляющих в ироническом высказывании. Этот подход мы находим в теории, которая, рассматривает иронию как троп, отмечает, что ирония -троп, находящийся на стыке семантики и прагматики, с ярко выраженной иллокутивной силой, заключающейся в насмешке над кем-либо или чем-либо [26 с. 119].

    1.5. Средства выражения иронии

     В устном и письменном межличностном общении нередко применяются и лингвистические, большей частью стилистические средства, такие как постоянные эпитеты, неологизмы и архаизмы, смешение стилей и сказовые формы повествования, но они часто подкрепляются паралингвистическими средствами, когда нет уверенности, что собеседник-реципиент владеет контекстом.

    Для выражения иронии применяются также грамматические и морфологические средства. Так, например, ирония может быть выражена через употребление эмоционально-экспрессивных слов, имеющих уменьшительно-ласкательные суффиксы (например: «работнички», «зданьице»)

    В художественных произведениях, опосредующих межличностное общение автора и публики, есть свои специфические приложения иронии, такие как авторские указания, ремарки, цитации, кавычки, курсив и каламбуры. В пьесе А. П. Чехова «Дядя Ваня» Астров говорит Войницкому: «Вот ты глядишь на меня с иронией, и все, что я говорю, тебе кажется несерьезным и... быть может, это в самом деле чудачество, но, когда я прохожу мимо крестьянских лесов, которые я спас от порубки, или когда я слышу, как шумит мой молодой лес, посаженный моими руками, я сознаю, что климат немножечко и в моей власти, и что если чрез тысячу лет человек будет счастлив, то в этом немножко буду виноват и я. Когда я сажаю березку и потом вижу, как она зеленеет и качается от ветра, душа моя наполняется гордостью, и я... (увидев работника, который принес на подносе рюмку водки). Однако... (пьет) мне пора...» Здесь в одном случае сам Астров указывает на иронию Войницкого, в другом она возникает из противоречия высокопарных его рассуждений и рюмки водки, о которой говорится в ремарке. [27.с 196]

    С поверхностной точки зрения ироническое высказывание, воспринимаемое вне контекста иронической установки, как правило, содержит сравнение ценностных позиций субъекта и объекта оценки и вывод в пользу субъекта, ироника, ибо он высший судья, присвоивший себе право и казнить, и миловать. Он полагает свой вкус непогрешимым и абсолютным мерилом для любых оценок.

    Существуют различные формы выражения иронии: иносказание, эзопов язык, аллегория, притча, полупрозрачный псевдоним, перифраз, аллюзия, цитация. Нет возможности приводить примеры на каждую из этих форм.


    написать администратору сайта